Новости Ейска/ Суббота, 23 февраля

Почему именно Ейскую косу выбрали в XIX веке для строительства порта

16:1623.02.20191

После переселения казаков на Кубань, население быстро росло: за 50 лет оно увеличилось в 8 раз и, согласно годовому отчету наказного атамана Черноморского казачьего войска за 1846 год, в Черномории значились 103 станицы, 1 поселок, 289 хуторов, 140 зимовников с населением 185 183 человека. Эта значительная производительная сила давала большой объем товарной сельскохозяйственной продукции, что настоятельно требовало строительства порта для вывоза этой продукции на российские и зарубежные рынки. Ближайший порт находился в Ростове-на-Дону.

Ко времени основания города Ейска, природа нашего района была иной, чем та, которую видит наше поколение. Ковыль и другая степная растительность, густым ковром покрывала степи, была столь высока, что скрывала полностью прохожего, а когда проезжал всадник, то оставались видны лишь верхняя часть его туловища да голова лошади. Все впадины и овраги были покрыты древесной и кустарниковой растительностью, а наиболее углубленные места – камышом, рагозой и осокой. В глухой и топкой балке (сейчас здесь проходят улицы К.Маркса и Коммунаров) росла болотная растительность, а склоны были покрыты терновником, дерезой, орешником, гребенчуком и дикорастущей акацией.

«… здесь же, на Ейской косе, еще задолго до основания Ейска в 1813 году… между рыболовными заводами … особенно славился завод известного кубанского капиталиста Посполитаки своим производством балыка и икры, которая доставлялась преимущественно в Петербург и Москву, как говорят для украшения царского стола».

Среди материалов  в Центральном историческом архиве Грузии имеется дело с перепиской - «Прошение таганрогского купца Де-Росси о награждении его за поданную им мысль об учреждении портового города на Азовском море.

Из переписки видно, что Яков Де-Росси, неаполитанский вице-консул, состоящий в Таганрогском 3-й гильдии купечестве, подавал на имя Наместника Кавказского прошение, в котором указал, что в октябре 1845 года он  в своей записке писал о необходимости учредить на берегах Азовского моря, вне реки Дон, особенно для кавказских областей, пристань. Далее Де-Росси, основываясь на существующих законах, говорит о том, что все те лица, которые старались сделать полезное, а в данном случае открытие пристани, должны быть отмечены пожалованием звания «Почетного гражданина». Но он просит в качестве награды избавить его семейство от податного оклада, в котором он состоит.

21 декабря 1846 года командующий войсками на Кавказской линии генерал Николай Степанович Заводовский  писал на имя Наказного атамана Черноморского войска Григория Антоновича Рашпилья.

«Милостивый государь, Григорий Антонович!

Неаполитанский вице-консул Яков де Росси подал Наместнику Кавказскому записку об учреждении на Азовском море у Очаковской косы пристани для удобнейшего сосредоточения там привоза Кавказских произведений и выгодного   сбыта оных.

Записка эта была передана на рассмотрение Таганрогскому градоначальнику, который представил свои заключения против оной.

Ныне князь Наместник требует моего в настоящем деле заключения…»

Были даны указания Сыскному начальнику Ейского округа есаулу Литевскому изучить данный вопрос и представить свои предложения.

Что же представляла из себя местность при Ейской косе? Директор Ейского музея В. Самсонов писал:

Спасаясь от крепостнической эксплуатации, которая была «почти такая же жестокая, как при рабстве», крепостные крестьяне бегут на Ейский полуостров. Всю Ейску косу покрывают их камышовые шалаши. Беглых русских крестьян татары называли «Иванами» (Яйло). «Иваны», объединившись с самовольно ушедшими с Сечи запорожцами, избирали себе полковника, старшин и атаманов, занимались рыбной ловлей, звериной охотой, а наряду с этим «шарапкала» по берегам, т.е. грабили татарские и черкесские поселения. Против Ейской вольницы крымские ханы построили над Ейским обрывом большую земляную крепость с каменной цитаделью (в старину: внутренняя городская крепость), вооруженную пушками. На наиболее возвышенных местах волнистой Ейской степи были насыпаны сторожевые курганы, на которых дежурили конные татары, готовые по первой тревоге зажечь заранее приготовленные костры, чтобы известить гарнизон крепости о движении «Иванов». На особо тяжелый случай в глубокую заросшую терном балку из цитадели шел подземный ход. В 1744 году ачуевский Ага Измаил жалуется на набеги и требует удовлетворения понесших им убытков. В 1745 году русское правительство приказало сжечь на Ейских косах все построенные на них «шиши» (шалаши).  Переписка между русскими им турецкими властями продолжалась по этому поводу вплоть до переселения черноморского войска на Кубань. Это говорит то, что хотя русские войска по временам сжигали убогие шалаши на Ейской косе, «Иваны» вновь и вновь отстраивали их.

В своем рапорте Управляющему должность войскового Наказного Атамана Черноморского казачьего войска господину генерал майору  и кавалеру Рашпилю от окружного штаба офицера Ейского военного округа полковника Кухаренко и Сыскного начальника Ейского округа есаула Литевского от 14 января 1847 года я прочитал:

IMG_20190220_114932

 По рассмотрении нашем приложенных нам предписаниями Вашим превосходительством двух записок от его Сиятельства князя Наместника Кавказского, через посредство временно-командующего войсками на Кавказской линии и Черномории Вашему Превосходительству препровожденных:  о пользе учреждения на Очаковской косе пристани и мнения его Превосходительства Николая Степановича не выгодны ли будет относительно Кавказского края и Черномории учреждение пристани на Ейской косе, имеем честь изложить наше мнение: северо-восточный и восточный берега Азовского моря до самого его соединения с Черным морем представляют собой ряд пристаней более или менее удобных для подхода судов. Лучшие из таких мест: Очаковская, Ейская, Должанская и Камышеватская косы, Ахтарский поселок, Темрюк, Тамань и наконец на Черном море… Богатство прилегающих  местностей своими произведениями и хоть их относительно торговли сами собой показывают пункты необходимые для пристаней например: в местечке Глафировка, принадлежащей помещице Норецкой удобства в отношении рейда общие с Очаковской на противоположной стороне Глафировки со стороны Черномории.

Если же взять во внимание будущее население при Ейской и Долгой косах по одной станице в 1200 душ мужского пола на каждой то и тогда Ейская коса  в количестве землепахотных произведений  с помянутыми выше Ростовским уездом со стороны Глафировки тягаться не могут....

Далее в своем рапорте Литевский указывает, что учреждение пристани на Ейской косе будет гораздо полезнее чем на Очаковской. Но в тоже время он уверен, что пристань на Ейской косе не будет пользоваться спросом  у торговцев Кавказского края. И он предлагает рассмотреть вопрос о создании пристани рядом с Ахтарским поселком. Он пишет:

Относительно участия торговли Кавказского края, судя по географическому положению полагаем, что Кавказский край никогда не обратится  с доставлением своих продуктов ни на Очаковскую, ни на Ейскую косы. Всю рыбу, которую покупают у черноморских рыбопромышленников вывозят через пристань у Ахтарского поселка. Пристань эта  по удобству рейда есть лучшая и имеет преимущество перед всеми другими пристанями. Недалеко от Ахтарского поселка есть соленые озера. Недалеко от поселка хранятся запасы добытой соли. Обыватели Кавказского края могут во всякое время доставлять пшеницу и другие продукты на Ахтарскую пристань в свой край или солью для извода оной в Екатеринодарский и окружные магазины за сходную плату. Пристань возле Ахтарского поселка будет соответствовать лежащей на противоположном берегу моря Бердянской пристани.

И в конце своего рапорта Литевский предлагает:

Изложив выгоды в отношении удобства пристани Ейской, которая будет полезна для Ростовского уезда и северо-западной части Черномории без участия Кавказского края, а также выгод пристани Ахтарской  в возрождении торговли большей части Черномории и Кавказского края, без выгод Ростовкого уезда мы полагаем, чтобы доставить выгоды общие Ростовскому уезду, Черномории и Кавказскому краю учредить две пристани Ейскую и Ахтарскую.

  Письмо от января 1847 года №122 Наказной атаман Черноморского войска Григорий Рашпиль дает указание капитану Генерального штаба Фалькенгагену срочно отправиться на Ейскую косу. В документе говорится:

«Возникло предположение об учреждении на Азовском море у Ейской косы войска Черноморского торговой пристани для сосредоточения там привоза Кавказских и Черноморских произведений и сбыта оным. Для соображений по сему относящихся необходимо иметь  описание и план местности Ейской косы во всем ся пространстве  с окрестностями.

При нынешнем благоприятствующем к исполнению оного времени, я прошу Ваше Высокоблагородие с получением сего отправиться на Ейскую косу с Сыскным начальником Ейского округа есаулом Литевским и при содействии его составить описание и карту Ейской косы  в удостоверении всяких вопросов предполагаемого открытия пристани и показать на карте место предполагаемой там станицы.»

Вернувшись с Ейской косы Фалкенгаген в своем рапорте указал:

IMG_20190220_115224IMG_20190220_115229IMG_20190220_115233

«Ейская коса с прибрежье к ней прилегающим, показанным на плане, омываема водами  Азовского моря и Ейского Лимана, находится на Севере Черномории на расстоянии от Екатеринодара 208, станицы Старощербиновской 30 и Новощербиновской 35 вёрст..  Прибрежные возвышения, прилегающие к Ейской косе, заняты так называемыми Ейскими хуторами, коих числом 21 (офицерских 6 и казачьих 15). Эти возвышения склоняются к Ейскому Лиману довольно круто, а к морю обрывисто. Удаление от болотных мест делает воздух здесь здоровым и чистым. Жары во время лета умеренные морскою прохладою, и жители почти незнакомы с лихорадками и гнилыми горячками, так сильно господствующими в Екатеринодарском и Таманском округах. Грунт земли чернозём глинистый. Колодцев при хуторах имеется 12, но они могут быть устроены на каждом низменном месте. Вода изобильна и хорошо добывается на глубине не более 3-х сажень и не уступает добротою Таманскому фонтану (Фонтан от лат. fontana в значении «источник», «родник», «ключ» — природное или искусственно созданное явление, заключающееся в истечении жидкости (обычно воды), под действием оказываемого на неё давления, вверх или в сторону. В последнем случае, особенно, когда истечение жидкости происходит относительно спокойно, такой фонтан относят к категории источников. В ряде случаев такой источник называют ключом.). Значительно древнее земляные насыпи, расположенные на этих возвышениях, именуемых туземцами татарским городищем. Против этих насыпей низменная полоса  земли, отделясь от нагорного берега, вторгается на 8 вёрст узкою полосою в море и разъединяет воды Азовского моря и Ейского лимана. Эта-то полоса и называется Ейскою косою и дает своё название рыбным заводам, которых считается на ней 7. Коса эта за рыбными  заводами, постепенно суживаясь, она на 3-й версте делается шириною не более 100 сажень, на 6-й версте снова расширяется и в оконечности, разделяясь на ветви, загибом левой гряды образует бухту длиною 536 и шириною 378  сажень..  По свидетельству зимующих здесь моряков подобной бухты нет на всём Азовском море. Очевидным доводом ея удобства служит каждогодняя зимовка в ней нескольких судов, в настоящее время стоят там в покое 11 судов и шкипера их удостоверяют, что суда, часто застигнутые бурей в Азовском море, спешат найти в ней безопасность... Для осуществления  предлагаемых идей казалось бы, полезнее поселить станицу на место древнего татарского городища, где местное удобство благоприятствует как в отношении домоводства,  обработки земли в большом размере и рыбной ловли, так и в отношении самого климата. Поселившиеся там уже хутора должны  послужить как бы основою населения будущей станицы и будущего, быть может, цветущего торгового уголка. Фалкенгаген.»

Наместник Кавказский князь Воронцов, понимая затруднения Наказного атамана Черноморского войска в выборе места под пристань, 10 июня 1847 года в своем письме просит главного командира Черноморского флота и портов назначить офицера для обследования местности и промера глубины у Ясенской косы. А чуть позже дал команду исследовать глубины возле Ейской косы.

Из нескольких предложений о месте размещения нового порта казачество выбрало не только самое удобное с географической точки зрения место, но и максимально обеспечивающее независимость черноморцев.

«31 августа 1847 года. № 299. Рейд на Ейской косе. РАПОРТ

Прибыв с порученной мне лоцией и ботом 22 августа в 5 часов пополудни к Ейской косе и послав  вперед   бот  с  промером,  я    на    другой   день   приступил  к обследованию      местности  и   к    промеру    глубин,  каковое занятие   продолжал  ежедневно по 1-е сентября, удостоверился на опыте, что этот пункт, избранный     Вашим     Превосходительством, весьма удобен во всех отношениях к учреждению здесь порта с пристанью для погрузки и выгрузки, равно и для зимовки коммерческих судов числом до 50-ти в бассейне, образуемом двумя ветвями Ейской косы. Если же природе пособить искусством, углубив до 3-х и более фут по мягкости грунта в нем, где фут-шток входит от 3-х до 4-х фут свободно, и возвысить внутри его берег насыпью у самой воды на 3 фута, тогда могла бы здесь быть единственная глубоководная гавань на всем Азовском море…»

Поручик корпуса Флотских штурманов Трифанов».

Основываясь, на данных обследований, проведенных командиром лоц-шхуны «Секстант», поручиком Трифановым, генерал Н.С. Заводовский, командующий войсками на Кавказской линии и в Черномории, в августе 1847 года представил рапорт наместнику Кавказа князю Воронцову, в котором было определено место размещения будущего города.

«30 августа 1847 года №1988»

... хорошо зная положение Ейской косы, я нахожу со своей стороны объяснение выгоды учреждения там пристани весьма основательным, но чтобы достигнуть их и утвердить прочным образом на новом пункте торговлю, признаю необходимым иметь при онном и население, сколь можно более коммерческое и промышленное и потому с открытием пристани полагал бы разрешить устройство при Ейской косе не станицы, а торгового города. Водворение в нём дозволить как обывателям Черноморского войска, состоящим в торговом обществе, так и иногородним, принадлежащим  к торговому и промышленному классу без обязания иногородних приписываться в казаки... Жителям сего города даровать на первый раз льготы по примеру городов: Анапы, Новороссийска и Сухум-Кале и вообще в привлечении туда людей на прочную оседлость и устройство города поступать, применяясь к правилам о заселении Северо-восточного берега Черного моря Высочайше утвержденными 15 декабря 1846 года, но для большего споспешествования домоустройству не  взыскивать с хозяев никакой платы за отвод земли под строения.,,

... Таможенный сбор с товаров, прибывающих в Ейский порт и отправляемых из онного уменьшить в видах поощрения торговли, противу общего тарифа на 5 копеек с рубля и из числа пошлинной суммы одну половину обращать в течение 10 лет на устройство в Ейском порте пристани и необходимых городовых заведений..  Таковое мнение предаю благоусмотрению Вашего Сиятельства вместе с планом Ейской косы и окружающих её вод, а при том имею честь возвратить и записки  Консула де Росси при предписании за № 2904 мною полученные. Заводовский.»

Тут я хотел обратить внимание вот на какой факт. Заслуги Николая Степановича Заводовского в основании  Ейска огромны. Он незаслуженно забыт ейчанами. До августа 1847 года во всех документах идет речь о создании станицы на Ейской косе. И лишь в рапорте генерала Заводовского речь идет об открытии на Ейской косе города. Именно он первым предложил основать город при Ейской косе.  Командующий войсками на Кавказской линии и в Черномории, Управляющий гражданскою частью в Ставропольской губернии генерал-лейтенант Николай  Заводовский очень внимательно следил за разработкой планов города Ейска. В подтверждении этого можно привести письмо генерала  Николая Заводовского на имя Наказного атамана Черноморского войска Григория Рашпиля от 3 мая 1848 года за №932. В нем говорится:

«Препровождаемый при сем проектный план портового города Ейска, покорнейше прошу Ваше Превосходительство повторить вместе с подполковником Немировичем-Данченко с положением Ейской косы, в отношении удобства расположения построек. Сделать, в чем будет нужно перемены и потом возвратить ко мне с Вашими заключениями, сколь можно поспешите. Показанный в плане, на одной из площадей питейный дом не оставьте перенесть на другое приличное место. Так как на той же площади проектируется церковь и в близи ее допустить подобное заведение недолжно. Заводовский.»

Земля под город была выделена. Теперь предстояло разбить город на участки. Для этого Наказной атаман Черноморского казачьего войска генерал Рашпиль в своем распоряжении от 29 мая 1848 года писал:

«Командировать на Ейскую косу начальника Чертежной Войсковой межевой комиссии Г. Павленко с двумя землемерческими учениками урядником Гуковым и казаком Друзякиным. Павленко вручить посылаемые при сем планы местности Ейской косы и города Ейска. Велите ему взять с собой две железные промерные цепи: одну, имеющуюся при межевой комиссии, а другую у Генерального штаба капитана Фалькенгагена, которому я пишу об этом.

Велить ему найти в станице Старощербиновской Сыскного Начальника Ейского округа есаула Литевскогои просить от него наряда на Ейскую косу рабочих: пеших 10 и конных 5 человек, да доставки туда же жердей для вех, длиною от 2 до 3 сажень 30, кольев, для утверждения промерных цепей 4 и к ним колышков 20, так же 3 плуга  с волами и погонщиками для нарезки линий.

С такими средствами, велить, наконец, Г. Павленко по прибытии на Ейскую косу немедленно приступить к общей съемке и измерению одною окружною чертою, как площади земли показанной по плану города Ейска, так и пространства выгонной земли, исходной же точкой окружной черты приняв развалины древней селитьбы, находящейся на гребне берега Ейской косы. Сама же площадь земли под поселение города имеет быть избрана и указана лично мною, совместно с господином подполковником. Для чего я располагаю отправиться на Ейскую косу через несколько дней и согласно с изъяснённой волею Командующего войсками, буду просить просить подполковника Петра Васильевича сопутствовать мне и разделить со мною цель моей поездки. Рашпиль.»

Разбивка города на участки шла даже после официального открытия города.

6 июня 1848 года председатель межевой комиссии писал на имя Наказного атамана Черноморского казачьего войска Г. Рашпиля:

В последствии распоряжения моего, основанного на отзыве Вашего Превосходительства от 23 минувшего мая за № 2281, состоящий в должности начальника Чертежной вверенной мне межевой комиссии подпоручик Павленко представил мне план местности и существующего  в настоящее время поселения при Ейской косе, снятый в масштабе 100 сажень на дюйм.

Сообразив затем с произведенного с оного препровожденный ко мне при упомянутом отзыве Вашем проектный план портового города Ейска и приложив оный к местности и положению Ейской косы, по личным указаниям Вашим и спроектировал вновь на сей снятой местности с надлежащими изменениями предполагаемый город Ейск, расположив оный на возвышенной равнине вдоль береговой крутизны Ейского лимана и Азовского моря, приняв направление Главной улицы на вход в Ейскую бухту согласно сделанными на месте плуговыми нарезками. 

В ноябре 1848 года группа поручика Павленко, в которую включили казаков Рубана и Канивецкого, закончила «распланировку портового города Ейска по вновь утвержденному Его Сиятельством наместником Кавказским плану». Число по проектам нарезанных дворов составило 1034.

 Генеральный план 1849-02 г.

 

Александр Дорошенко, Ейский районный музей

www.deleysk.ru


Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Комментарии

Показывать новый комментарий: внизу / вверху

Гость 23.02.2019 19:22
-1 +1 +1

Урядник Гуков в последствии дослужился до дворянского звания. Его потомки приобрели огромные земли между Ясенской и Н.Щербиновской, имели свой хутор. В 1930-х за отказ вступить в колхоз были отправлены в концлагерь, семьи с малыми детьми высланы, их след потерян.

Последние новости

Ещё новости...