Новости Ейска/ Воскресенье, 16 февраля

Ейск в годы войны

13:5016.02.20201

В Центре документов новейшей истории Краснодарского края хранится не мало документов, касающихся жизни Ейска и Ейского района в годы Великой Отечественной войны.

Я предлагаю к Вашему вниманию некоторые выдержки из документов той поры.

1941 год

С 1 июля. На полях Кубани шла уборочная страда. В север­ных районах края косить хлеб начали с 1 июля. Поначалу темпы работ были невысокими. Так, Ейский район к 9 июля из 26 109 га скосил 8 638 га, в том числе комбайнами 3 731 га; Щербиновский - из 28223 га скосил 8700 га, в том числе комбайнами 4300 га. Упол­номоченный, прибывший из краевого центра, объяснял слабые тем­пы уборки тем, что «руководители районов еще не приступили по-настоящему руководить уборкой, большую часть [времени] сидят в районных центрах и мало находятся в поле».

Но в полях требовались не руководители, а техника и рабочие руки. В большинстве районов края комбайновый парк имел боль­шие простои из-за технической неисправности комбайнов, отсут­ствия запчастей к ним, ухода кадров в армию. Поэтому хлеб косили вручную или на волах.

Для уборки урожая в станицы летом 1941 года выехали жите­ли городов. В выходные дни колхозы принимали целые коллекти­вы предприятий и учреждений. В одном только Ейске в колхозы района выехало 400 учителей и учащихся старших классов, 50 жен начсостава Красной Армии, 100 студентов сельхозтехникума. Из Краснодара в совхозы выехало 3 450 студентов. А всего в первую военную страду па полях края вместе с колхозниками работали свыше 120 000 учащихся.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 234, л. 78-87, 93~98; д. 276, л. 35-37; д. 163, л. 51-52.

 

 

10 июля. В соответствии с постановлением ГКО от 9 июля 1941 года крайком ВКП(б) и крайисполком приняли постановле­ние об организации аварийно-восстановительных отрядов местной противовоздушной обороны в городах Краснодаре, Новороссийске, Туапсе, Армавире, Майкопе и Ейске, на которые возлагались задачи по быстрому восстановлению поврежденных при военных действи­ях жилых домов, больниц, школ, объектов коммунального хозяйства, энергетики, связи, дорог, мостов. Аварийно-восстановительные отря­ды МПВО организовывались на базе строительных организаций городских советов депутатов трудящихся и состояли в ведении этих советов. Отряды военизировались и переводились на казар­менное положение.

В Краснодаре аварийно-восстановительный полк был органи­зован уже 13 июля на базе коммунальных предприятий города из двух батальонов общей численностью 866 человек. Полк находился на казарменном положении и в течение июля-декабря 1941 года, наряду со строительными и ремонтными работами по программе предприятий, выполнял спецзадания оборонного значения: строи­тельство моста через реку Кубань, дотов, противотанковых сооруже­ний. С января 1942 г. в связи с убылью личного состава (в полку осталось 280 человек, причем из возрастов старше 50 лет) на казар­менном положении находились только дежурные взводы.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 1 доп., д. 19, л. 174-175; оп. 2, д. 144, л. 2-4; ГАКК, ф. Р-496, оп. 1, д. 4, л. 215-216.

 

 

25 августа. Принято решение крайисполкома о введении кар­точек на хлеб, сахар и кондитерские изделия в городах и рабочих поселках края.

В нем говорилось:

«В соответствии с постановлением СНК СССР от 20 августа с.г. о введении карточек на хлеб, сахар и кондитерские изделия крайис­полком решает:

ввести продажу по карточкам хлеба, сахара и кондитерских изде­лий населению с 1-го сентября 1941 г. в городах: Краснодаре, Армави­ре, Ейске, Нефтегорске, Новороссийске, Сочи, Туапсе, Адлере, Геленд­жике, Кропоткине, Мацестс, Темрюке, Тихорецке, Майкопе, Анапе и поселке Хадыженском».

Учет населения для выдачи карточек проводился по двум ка­тегориям: к первой относились рабочие, инженерно-технические ра­ботники, служащие (и их иждивенцы) оборонных и других веду­щих отраслей промышленности, железнодорожного и морского транс­порта; ко второй - работники прочих отраслей промышленности и народного хозяйства и остальное городское население.

Отпуск хлеба был дифференцирован по категориям и группам работников: для первой категории - от 400 (детям и иждивенцам) до 800 грамм в день, для второй категории - от 400 до 600 грамм.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 52, л. 10, 22-23; д. 268, л. 119-120; Архивный отдел администрации г. Новороссийска, ф. Р-8, оп. 1, д. 675, л. 29.

 

 

1 сентября. Принято постановление крайкома ВКП(б) о про­изводстве сухопутно-осколочных 50-миллиметровых чугунных мин на краснодарском заводе «Октябрь».

Заводы «Красный двигатель» и «Октябрь» производили со­ответственно 18 и 37 наименований запчастей к танкам. Всего к середине сентября 1941 года уже тринадцать предприятий края вы­пускали боеприпасы: заводы им. Седина, «Октябрь», «Краснолит» и № 546 в г. Краснодаре; «Армалит» - в Армавире; «Запчасть» и «Молот» - в Ейске; «Красный двигатель» и судоремонтные мас­терские - в Новороссийске; заводы им. Фрунзе в Майкопе и им. Дзержинского - в Туапсе; заводы ТВРЗ и «Молот» - в Тихорецке.

 

 

На 15 сентября. В Краснодарском крае развернуто 86 госпита­лей, в том числе 45 - в Сочи, восемь - в Краснодаре, семь - в Армавире, три - в Ейске и т. д., всего более чем на 31 000 мест. Для лечения и ухода за ранеными потребовались большое количество медикаментов, хозяйственных принадлежностей и обслуживающий персонал. В организацию помощи госпиталям активно включились местные комитеты РОККа. Они создавали сандружины, которые при воздушной тревоге обеспечивали дежурства возле тяжело ра­ненных. «Установить образцовый порядок в госпиталях» - эта за­дача стала важнейшей и для отделов здравоохранения местных со­ветов, и для политотдела крайвоенкомата, и для партийных комите­тов.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 270, л. 24-26; д. 53, л. 2; д. 173, л. 99-112; д. 58, л. 9.

 

 

14 октября. В краевом военкомате получен приказ Наркомата обороны № 00100 о проведении призыва военнообязанных. На сле­дующий день в 18 пунктах сосредоточения были собраны более 21 тысячи призывников 1923 года рождения. Из них 4284 человек пред­назначались кандидатами в военные училища, около 13 тысяч чело­век - для кадровых частей Красной Армии, 880 - в команды год­ных к нестроевой службе, остальные - в строительные части и рабочие колонны. Одновременно мобилизовывалось около 7 тысяч лошадей и более 1 600 пароконных повозок.

Отвод призывников из края проводился походным порядком; всего в период 22 — 25 октября были выведено более 34 тысяч человек (вместе с призывниками 1922 года рождения, которые были призваны ранее, но их отправка в войсковые части задержалась).

Драматические обстоятельства этого мероприятия описаны в докладе крайвоенкома А.И. Котелкина. Они отражают всю слож­ность обстановки в крае и регионе осенью 1941 года, порождавшей неразбериху и организационные неувязки, в том числе и в армейс­ких делах.

Так, маршрут отвода военнообязанных менялся неоднократно:

октября поступило телефонное распоряжение из оргмоботдела СКВО - военнообязанных запаса и призывников отправлять из Тихорецка в сторону Сталинграда, а остальных на юг, в Махачкалу.

октября это распоряжение было отменено и предложено «всех военнообязанных запаса и призывников прибрежных районов от Ейска до Анапы отвести походом в восточные районы края и до особого распоряжения использовать на сельхозработах». 19 октяб­ря поступила новая телефонограмма - призывников, сосредоточен­ных в районе Тихорецка, направлять в Сталинград, а со всех осталь­ных пунктов - в Закавказский военный округ. Наконец, еще одна телефонограмма внесла коррективу: в ЗакВО никого не отправлять, а призванных со всего края, а также обоз и мехтрапспорт направить в район Красноармейска - Сталинграда.

Когда же колонны призывников в конце концов покинули пре­делы края, возникли новые осложнения. При вступлении колонны в Ростовскую область «представитель крайвоенкомата не смог до­биться от Ростовского облисполкома указания районам области об оказании содействия в размещении проходящих колонн и приоб­ретении за наличный расчет продуктов». А сталинградский област­ной военный комиссар вообще отказался принять колонны, ссыла­ясь на отсутствие указаний о том, куда их направлять.

Кроме того, «при подходе к границам Орджоникидзевского края и Ростовской области поступило распоряжение из штаба СКВО вернуть обратно призывников со средним и высшим образованием, а призывников, годных к строевой службе, задержать в г. Сальске и ст. Успенской для отправки по железной дороге. Задержанные при­зывники со ст. Сальск по железной дороге отправлены не были, просидев на станции от трех до десяти дней. Из Успенской призыв­ники были отправлены по железной дороге частично, а остальные были отправлены походом.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 177, л. 187- 194.

 

 

6 ноября. Издан приказ № 030 по 56-й отдельной армии, кото­рый, в связи с изменившейся обстановкой, предписывал:

«1. Командующему 8-й саперной армией тов. Оника организовать работы по сооружению оборонительных рубежей па участке: Кагальник - Ейск - Камышеватка - Приморско-Ахтарская. Считать рабо­ты на этих рубежах первоочередными.

Приказ № 030 по 56-й отдельной армии был получен в Крас­нодарском крайкоме ВКП(б) // ноября 1941 года «в 4 часа вечера» (как отмечено на документе). 12 ноября было принято секретное постановление бюро крайкома ВКГТ(б) (с грифом «особая папка») «О дополнительной мобилизации населения на оборонные рубе­жи». Оно предусматривало мобилизацию 26 тысяч человек из райо­нов: Лиманского, Брюховецкого, Ленинградского, Каневского, Штейнгартовского, Староминского, Сталинского, Крыловского, Павловс­кого, Новоминского, Щербиновского, Ейского и г. Ейска, Камышеватского, Роговского, Приморско-Ахтарского и Кагановичского, а также отправку из этих районов па Донской рубеж 2 050 парокон­ных подвод, 80 тракторов с прицепами, 48 грузовых автомашин.

Первые секретари райкомов ВКП(б) и председатели райис­полкомов были предупреждены «об их персональной ответственно­сти за точное выполнение настоящего постановления о мобилиза­ции населения и транспорта».

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 1 доп., д. 20, л. 11-17.

 

 

8 ноября. Дополнительно к имеющимся созданы комитеты обо­роны в городах Темрюке, Ейске и станице Приморско-Ахтарской. В связи с этим перераспределен состав районов, находящихся в сфере деятельности комитетов обороны края.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 1 доп., д. 20, л. 39-41.

 

 

22 ноября. Из Ейска эвакуировались обувная фабрика и завод «Молот». Среди части населения города усилилась паника.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 374, л. 115.

 

 

26 ноября. Принято постановление Краснодарского крайкома ВКП(б) о немедленном направлении на сельхозработы в колхозы края для оказания помощи в уборке пропашно-технических куль­тур учащихся старших классов средних школ, техникумов, вузов и части служащих городов и районных центров. Из Краснодара в Новотитаровский и Пластуновский районы направлялись 3 000 уча­щихся, из Армавира в Новокубапский район - 1 500 учащихся и 500 служащих, из Новороссийска в Абииский район соответственно 700 и 500 человек, из Майкопа в районы Адыгеи - 1 500 и 500, из Ейска в Ейский район - 1 000 учащихся и 500 служащих.

Занятия в учебных заведениях па этот период были прекра­щены.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 64, л. 1-2,21.

 

 

17 декабря, командование 8-й саперной армии направило Краснодарскому крайкому ВКП(б) «открытое письмо всем членам бюро крайкома ВКП(б)». Это был буквально крик о помощи.

«По решению Комитета Обороны СССР мы обязаны построить рубеж, - говорилось в письме. - Строительство рубежа должно производиться силами отмобилизованного населения Вашего края». Далее приводились цифры, свидетельствующие о том, что участники строительства - Роговской, Лиманский, Штейнгартовский, Ейс­кий и Приморско-Ахтарский районы выполнили планы по мобили­зации людей в целом на 52%, но и этих работников 8-я саперная армия теперь теряет:

«Начиная с 26 ноября с.г., началось повальное кем-то организо­ванное бегство. Первым сбежал Ейский район, который увел с рубежа рабочих в порядке около 1000 человек, затем сбежал Лимапский рай­он с его представителем, также увел с собой около 1 000 человек, затем сбежал Камышеватский район. Вслед за этим «организованным» бег­ством начался массовый уход по одиночке рабочих всех районов Ва­шего края с нашего рубежа.

В результате бегства целого ряда районов, о которых шла речь выше, и бегства в одиночку, с нашего района сбежало 3 528 человек, осталось 1 858 человек, что составляет к мобилизации 34%, а к плану -18%.

Какие основные причины такого массового бегства с ответственейшего государственного оборонительного рубежа?

Мы считаем:

Ошибка крайкома, который дал директиву обеспечить отмоби­лизованное население продовольствием, обувью и одеждой сроком на 10- 15 дней.

Уполномоченные крайкома тт. Попов и Васильев вопросами отмобилизации населения, обеспечения питанием, обувью и одеждой не занимались.

Ейский горком и горисполком вынесли решение о том, что отмобилизация населения на строительство оборонительного рубежа -сроком на 10-15 дней, с обеспечением на этот срок питанием, одеж­дой и обувью.

Телеграфное распоряжение Ейского горкома ВКП(б) и Приморско-Ахтарского райкома ВКП(б), со ссылкой на распоряжение крайисполкома и крайкома ВКП(б), об отзыве всего населения из Азова.

Таким образом, ориентация крайкома и крайисполкома на посыл­ку населения на строительство оборонного рубежа на 10-15 дней привела к тому, что приехавшие колхозники, легко одевшиеся и обув­шиеся, и с запасом продовольствия на 10 дней (тогда как работать пришлось и приходится более полутора - двух месяцев) вследствие этого оказались в затруднительном положении с обувью, одеждой и питанием.

Мы через своих представителей требовали от Ейского горкома, Лиманского райкома, крайкома ВКП(б), крайисполкома возвратить хотя бы тех рабочих, которые у нас работали с начала работ оборони­тельного рубежа.

Все наши попытки, попытки наших представителей в Вашем крае потерпели неудачу, людей не возвращаете, как следствие, такой анти­государственный подход привел к тому, что нависла непосредствен­ная угроза срыва окончания в установленные сроки оборонительного рубежа.

Сообщая Вам об этих безобразных фактах, мы настоятельно тре­буем обсудить на бюро крайкома наше письмо, вынести решение о возврате всех рабочих, ранее работающих на нашей трассе, наказать конкретных виновников в бегстве с нашего рубежа.

О принятых мерах сообщите нам.

Начальник 1-2 района 8-й саперной армии Пьянов 

Военком батальонный комиссар   Рублев

Резолюция П.И. Селезнева была отрицательной: «Т.т. Попову и Васильеву. Принять решение или написать ответ, что мы не были обязаны давать рабсилу.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 265, л. 159 - 161; д. 267, л. 164; д. 66, л. 18, 24.

 

 

3 января. В Наркомат минометного вооружения из Краснодара отправлена телеграмма следующего содержания:

«Ейский «Молот» эвакуирован [с] первой декады декабря в Таш­кент. Оборудование находится в Баку, отправка морем запланирована [на] февраль, люди [в] Ташкенте, дорбаза. Мнение крайкомпарта -возвратить завод [в] Ейск. Телеграфируйте подтверждение».

Согласие наркомата на реэвакуацию Ейского завода было по­лучено, и уже 7 января из Краснодара в Баку и Ташкент ушли телеграммы о немедленном возвращении оборудования и персона­ла завода «Молот» в Ейск.

 

 

19 января. Крайисполком утвердил планы мероприятий МПВО по Краснодарскому краю па 1942 год. Они касались не только горо­дов-пунктов МПВО (Туапсе, Новороссийск, Краснодар, Майкоп, Тихорецк), но и городов Ейск и Сочи, в отношении которых крайис­полком ходатайствовал об отнесении их к категории городов-пунк­тов, с введением штабов МПВО.

Кроме того, учитывая, что весь край находится в прифронтовой полосе и мероприятия по защите населения необходимы и «в са­мых рядовых сельских населенных пунктах», крайисполком принял решение ввести должности начальников штабов МВПО во всех райисполкомах края.

 

 

В это время. «Демобилизационные настроения», получившие распространение в крае весной 1942 года, не были характерны для тех районов, которые находились непосредственно в прифрон­товой полосе. Архивные документы Новороссийского, Туансинского, Темрюкского, Приморско-Ахтарского, Ейского комитетов ВКП(б) и комитетов обороны свидетельствуют о систематическом поиске мер по укреплению своих районов от возможного вторжения вра­га. Так, Ейский городской комитет обороны 2 апреля принял по­становление:

«Учитывая близость фронта и возможность десантных операций врага на восточном берегу Таганрогского залива, признать необходи­мым строительство оборонных укреплений (окопы, дзоты и пр.) в районах города Ейска и станиц Должанской и Шабельской».

Рабочую силу и транспорт должны были выделить Ейский городской, Ейский сельский, Камышеватский и Лиманский райис­полкомы, а вопрос о финансировании работ передавался на рас­смотрение Азовской военной флотилии.

В то же время в строительстве оборонительных укреплений в этот период в пограничных с фронтом районах края не было цент­рализованного руководства и планирования, более того, часто про­являлась полная несогласованность действий военного командова­ния. В Приморско-Ахтарском районе, например, где были расквар­тированы 13-я кавалерийская дивизия и части Азовской военной флотилии, «возникли споры между морским командованием и ди­визией. Моряки доказывали, что они по приказу должны укреп­лять берег моря в глубину на 2 км, а командование дивизии говорит - по приказу командующего фронта и утвержденному плану ди­визия строит укрепленные рубежи на территории расквартирова­ния дивизии, включая и берег моря». При этом стороны обвинили друг друга в срыве работ, и Приморско-Ахтарский комитет обороны вынужден был заявить «начальнику штаба АВФ  т. Свердлову и начальнику гарнизона дивизии т. Соколову, что они оба призваны строить оборонительные сооружения, цель и задачи у них одни».

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 481, л. 31; д. 482, л. 24-27.

 

 

Руководители района, обиженные этим, с их точки зрения, са­моуправством, в свою очередь обвинили воинские части в недисцип­линированности и отсутствии «должного наблюдения за укреп­ленным участком» («после дождя и отлива моря часть противопе­хотных мин была вымыта и валялась на берегу..., проходили около минированного поля четыре работницы, и ими несколько мин было подобрано. Полагая, что в них находится мыло, женщины попыта­лись их вскрыть. При вскрытии были убиты две и одна тяжело ранена»).

Такие же противоречия еще с апреля 1942 года имели место и в Ейском районе, где новый начальник гарнизона (а они за одиннад­цать месяцев войны сменились 12 раз) «стал приказывать горкому партии, а в последнее время городскому комитету обороны (кото­рый он почему-то называет «комитет обороны Ейского гарнизо-на») выполнять отдельные мелкие поручения». В итоге секретарь Ейского горкома ВКП(б) председатель комитета обороны И.И. Головатый не принял к исполнению очередной такой приказ и обра­тился к военному командованию с просьбой разъяснить начальнику гарнизона, что «никакого комитета обороны Ейского гарнизона в городе вообще нет».

Благодаря этой истории в архиве сохранилась заверенная ко­пия письма командующего Азовской военной флотилией контр-ад­мирала С.Г. Горшкова в Ейский горком ВКП(б):

«Т. Головатый, приказ правильный, и мероприятия, направленные к обороне побережья, для Вас обязательны к исполнению.

Никто Вас «придатком» и «подсобным органом» не делает, но нужно, наконец, понять, что оборонять побережье будете не Вы, а фло­тилия.

Приказ остается в силе. Выполнение его будет проверяться. Коми­тет обороны должен содействовать воинскому начальнику и выпол­нять указы правительства, а не заниматься дележом власти».

Несогласованность действий властей негативно сказывалась на обороноспособности района. Побывавший в Ейском и Камышеватском районах заведующий оргинструкторским отделом крайкома ВКП(б) М.И. Музыченко сообщал:

«В г. Ейске происходит неразбериха с оборонными работами. Там имеется много начальников, но порядка мало. Тс части, которые стоят в г. Ейске, - морская пехота, гарнизон войск НКВД, кавалерийские части и другие - каждый предлагает свое, нет единого плана оборон­ных работ. В результате из выделенных городом на оборонные рабо­ты 1 000 человек работают 300 - 400 человек, а остальные ходят с одного места в другое. 27 мая вечером в ГК ВКП(б) должно было собраться все военное начальство, городские и районные руководите­ли и раз и навсегда договориться; что получилось - не знаю, так как выехал днем. Я думаю, следовало бы послать туда постарше начальни­ка, который навел бы порядок, т. к. начальника гарнизона т. Базилевич, по званию майор, никто не слушает».

 

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 1 доп., д. 27, л. 78; д. 482, л. 1-41; 48-57;д.288,л. 44.

2 июля. В И часов 30 минут группа вражеских самолетов под­вергла бомбардировке порты Новороссийск, Анапа, Тамань, Темрюк, Ахтари и Ейск.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 441, л. 49. 19

 

В архивных документах сохранились данные о датах пус­ка первых поездов по освобожденной территории Краснодарско­го края в феврале — марте 1943 года:

от Минвод до Армавира — 11 февраля,

- Армавира до Кавказской     — 20 февраля,

- Кавказской до Тихорецкой — 21 февраля,

- от Тихорецкой до Кущевки     — 26 февраля,

-  Кавказской до Краснодара    — 5 марта,

- Кущевки до Батайска    — 6 марта,

- Тимашевской до Краснодара  — 7 марта, 

-- Сальска до Тихорецкой         — 17 марта,

- Тимашевской до Ахтари         — 18 марта,

- Тимашевской до Староминской        — 26 марта,

- Армавира II до Кривенковской         — 27 марта,

- Тимашевской до Полтавской  — 27 марта,

- Курганной до Шедок    — 31 марта,

- Белореченской до Тульской    — 31 марта,

- Сосыки II до Ейска    — 1 апреля.

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 530, л. 30, 31; д. 646, л. 1 -3, 17; д. 801, л. 7 - 11, 43; д. 790, л. 5, 5 об.; д. 653, л. 22 - 41.

 

 

В числе освобожденных в начале февраля населенных пун­ктов был важный город и порт Ейск. Он снова стал главной базой Азовской военной флотилии, приказ о воссоздании кото­рой (в связи с выходом войск Северо-Кавказского фронта к вос­точному берегу Азовского моря) был отдан наркомом Военно-Морского Флота адмиралом Н.Г. Кузнецовым 3 февраля 1943 года. Начальник штаба флотилии А. В. Свердлов вспоминал:

«После Поти сотрудники штаба и политотдела перебрались в Ейск, который становился главной базой флотилии. Некогда кра­сивейший город встретил нас развалинами и безлюдьем. Непода­леку от порта отыскали более или менее сохранившиеся здания для штаба и политотдела. В глубоком каменном подвале развер­нули флагманский командный пункт с узлом связи.

Провести корабли в Азовское море было невозможно, так как оба берега Керченского пролива занимал противник, и его артиллерия не пропускала даже шлюпки. Несколько затонувших сейнеров и мотоботов было поднято со дна и отремонтировано. Кроме того, небольшие корабли можно было перевозить по железной дороге. Именно таким образом первые корабли в конце апреля 1943 г. были доставлены в Ейск.

 

Как и в других освобожденных районах края, в Ейске бы­стро стало восстанавливаться городское хозяйство, налаживалась жизнь.

Из информации Ейского горкома ВКП(б) и горисполкома в крайком ВКП(б) и крайисполком:

«5 февраля текущего года в 16 часов 00 минут доблестные войска рабоче-крестьянской Красной Армии освободили город Ейск от ига немецких оккупантов. Того же числа было создано единое организационное бюро исполнительных комитетов Ейгорсовета и Ейрайсовета. Были организованы отделы исполкома: здра­воохранения, народного образования, финансовый, городского коммунального хозяйства, городской торговый, транспортный, зе­мельный.

... При отходе немецких оккупантов произведено было в горо­де Ейске значительное количество разрушений, коснувшихся глав­ным образом порта, станции железной дороги и железнодорож­ной линии, где было произведено более чем 500 взрывов, разру­шены и сожжены портовые и станционные сооружения и склад, жилые дома станции жел.дороги, станционные пути и линии же­лезной дороги. Все прочие здания города, склады, учреждения и предприятия пострадали в меньшей степени, и это дало возмож­ность в кратчайший срок восстановить в городе нормальную жизнь.

... Народное здравоохранение. Восстановлены основы совет­ской медицины, и вся медицинская помощь оказывается бесплат­но. Лечебно-профилактическая организация горздрава состоит из следующих лечебных учреждений: городская санитарная инспек­ция, городская больница на 100 коек, горполиклиника, вендиспансер, детская поликлиника, консультация охраны материнства и младенчества, малярийная станция, ясли на 70 детей, аптека, дезинфекционная станция. Работа органов здравоохранения про­ходит нормально.

Народное образование. Школьная сеть города работает нор­мально, введены программы советской школы. В настоящее вре­мя  в городе функционируют 11 учебных заведений [с количе­ством учащихся] 2 805 человек. Кроме того, в городе имеется: детских садов — 3 [на] 225 [мест], горбиблиотека — 1, гортеатр — 1, кинотеатр — 2, детский дом крайсобеса — 1 и организуется дет­ский дом гороно — 1.

Торговля. Торговые организации города работают в объеме прежней торговой сети нормально, но за отсутствием товаров про­изводится только торговля хлебом.

Банк и сберегательная касса. Работа отделений Государствен­ного банка восстановлена с 6 февраля текущего года. Банк про­изводит все операции, за исключением выдачи пенсий военнослу­жащим. Сберегательная касса начала функционировать с 15 фев­раля текущего года. Так как сотрудниками сберегательной кассы во время оккупации были укрыты и сохранены лицевые счета вкладчиков, делопроизводство и печати сберкассы, работа кассы с первого же дня открытия протекает нормально.

Почто-телеграфная связь. Телефонная связь, как в городе, так и со всеми близлежащими населенными пунктами Ейского райо­на и прилежащих районов, была восстановлена в первые же дни после прихода частей Красной Армии. Окончательное налажива­ние телефонной связи тормозится недостатком телефонных аппа­ратов. Почтовая связь к 20 февраля восстановлена в районном масштабе с 1 марта с. г. в общесоюзном масштабе.

Радиоузел подвергся при уходе оккупантов полному разруше­нию, причем разбиты были как приемные, так и трансляционные установки. В настоящее время значительная часть аппаратуры радиоузла отремонтирована, и работа радиоузла восстановлена.

Печать. Типография издательства «Ейская правда» восстанов­лена и работает полностью. С 12 февраля 1943 года выпускается бюллетень газеты «Ейская правда», в котором печатаются сводки Информбюро. С 23 февраля 1943 года выпускается газета «Ейс­кая правда».

Прокуратура и суд. С 10 февраля текущего года восстановле­ны: горпрокуратура, народный суд, нотариальная контора. Как суд, так и прокуратура обеспечены зданиями, мебелью, отпечата­ны необходимые бланки для работы.

Отсутствует городской прокурор и судейский аппарат».

ЦДНИКК, ф. 1774-А, оп. 2, д. 923, л. 14 - 17; Сверд­лов А. В. Воплощение замысла. М., 1987. С.43 — 47.

7 апреля. Краснодарский крайисполком принял решение о распределении по городам и районам средств в сумме 250 тысяч рублей, отпущенных Совнаркомом РСФСР краю на оказание единовременной помощи населению, пострадавшему от немецко-фашистских оккупантов и при бомбежках вражеской авиации. За счет этих средств предполагалось оказывать помощь в разме­ре 300 рублей на семью.

Деньги поступали в города Краснодар (15 тыс. руб.), Ар­мавир (8 тыс. руб.), Ейск (5 тыс. руб.), Адыгейскую автоном­ную область (20 тыс. руб.) и 65 районов края (в Абинский, Апшеронский, Кропоткинский, Славянский — по 5 тыс. руб.; Армянский, Белореченский, Нефтегорский, Северский, Тихорец­кий — по 4 тыс. руб.; в остальные районы — от 1,5 до 3 тыс. руб.). 41 тысяча рублей резервировалась для вновь освобождае­мых районов края.

Наряду с денежной помощью исполкомы помогали нужда­ющимся гражданам продовольствием и промтоварами. Так, с ве­дома Краснодарского горисполкома городской торговый отдел выдавал остронуждающимся и детям военнослужащих разовые талоны на получение сухого пайка. В апреле на эти талоны отпус­калось 2 килограмма «мясорыбопродуктов» и 400 грамм жиров.

Кроме того, горисполком выделил 60 тысяч рублей специ­ально на оказание помощи детям. На эти деньги финансирова­лось бесплатное питание в детской столовой города Краснодара, приобретение детских кожаных ботинок (200 пар), рубашек, брюк, блузок, юбок (по 100 штук), костюмов «матроска» для детей дошкольного возраста (25 штук), чувяк — мягкой обуви без каблуков — для дошкольников (50 пар) и т. д.

ГАКК, ф. Р-687, оп.  1, д. 34, л. 131 - 132 об.; д. 35, л. 161 - 163; ф. Р-1457, оп. 1, д. 275, л. 103.

 

Завод «Молот» (г. Ейск). До эвакуации изготовлял авиабом­бы и сухопутно-осколочные мины. Станки были эвакуированы, осталось на заводе 25 станков. После оккупации часть из них требовала ремонта, в остальном завод сохранился и приступил к выпуску деталей для комбайнов и ремонту деталей по заказам ейских предприятий, МТС и колхозов.

18 июня. Поздно вечером, с 22 часов 28 минут до 23 часов 48 минут двадцать Хе-111 и десять Ю-88 группами от пяти до двенадцати самолетов совершили налет на аэродром г. Ейска. Было сброшено 147 фугасных авиабомб весом от 50 до 500 кило­грамм. В районе аэродрома жертв и разрушений не было. Боль­шинство бомб упали в садах, где было разрушено 11 домов.

На 19 июня в Ейске была назначена лекция, для проведе­ния которой прибыл лектор из крайкома ВКП(б). Впоследствии в своей докладной он писал:

«Как раз в ночь на 19 июня произошел налет вражеских само­летов на Ейск, и было несколько человеческих жертв. В городе стала проявляться паника, в связи с чем на первой лекции при­сутствовало не больше 80 человек. На 20 июня, воскресенье, была назначена вторая лекция для комсомольской и внесоюзной моло­дежи, на которую прибыло не больше 20 человек, и лекция таким образом была сорвана. Причиной срыва лекции явился утром 20 июня обстрел гор. Ейска семью вражескими катерами. Вслед­ствие этого население города буквально никуда не выходило из домов, проявляя признаки нервозности. 21 июня была прочтена лекция, на которой присутствовало 250 человек...».

ЦДНИКК,  ф.   1774-А,  оп. 2, д.  719, л. 35; ГАКК, ф. Р-496, оп. 1, д. 41, л. 171.

 

Обязать председателей Краснодарского и Ейского горис­полкомов и секретарей горкомов ВКП(б) выделить к 15 сентяб­ря 1943 г. краевому управлению трудрезервов помещения для учебных классов, учебных мастерских и общежитий специаль­ных ремесленных училищ. [...]

Приложением № 11 устанавливалась разверстка мест в суворовское учили­ще и ремесленные училища по городам и районам края. Наибольший набор в суворовское училище предполагался из Краснодара — 50 человек, 35 человек — из Армавира, по 10 — из Туапсе и Сочи, 5 — из Ейска, 35 мест выделялось Адыгейской автономной области. На остальные районы отводилось, как прави­ло, по 3 — 5 мест, Нефтегорский и Кропоткинский районы — по 15; Лабинский, Отрадненский, Усть-Лабинский, Тихорецкий, Апшеронский и Приморско-Ахтарский районы — по 10 мест.

 

Секретарь Ейского горкома ВКП(б) П.И. Колесников и председатель Ейского горисполкома И.В. Вергнижеровский 20 ноября 1943 года сообщали:

«На ноябрь месяц Вами выделено городу на хлебопечение 166 тонн муки, т.е. муки 80 тонн и зерна 100 тонн — что далеко недостаточно для полного удовлетворения хлебом населения по карточкам, в связи с сокращением 59 тонн муки против нашей заявки.

Сейчас все больше прибывает реэвакуированных, и из них больше всего — семьи военнослужащих-фронтовиков. В городе круглые сутки у магазинов создаются очереди. Руководители орга­низаций превращаются в ходатаев для улаживания вопросов снаб­жения хлебом. И, кроме того, в город Ейск перебазировалась часть военно-морского авиационного училища им. тов. Сталина, контингент которой не вошел в нашу заявку на ноябрь и декабрь месяцы. Фондов муки ни они, ни мы не имеем, некоторые из семей военнослужащих по несколько дней не получают хлеба.

Такое состояние со снабжением хлебом дезорганизует работу предприятий. Просим на оставшиеся дни ноября выдать нам до­полнительно наряд на 35 тонн муки и включить в декабрьскую нашу заявку контингент перебазированного ВМАУ им. Сталина».

 

Из Ейского района уполномоченный — заместитель заве­дующего отделом кадров Краснодарского крайкома ВКП(б) И.А. Ващенко 26 ноября 1943 года писал:

«Нужно сказать, что колхозы Ейского района план сдачи в фонд Красной Армии и натуроплаты этого года не выполнят из- ] за отсутствия зерна. Есть отдельные колхозы, которые не полно­стью выдали колхозникам аванс в счет трудодней из 15 % от сданного зерна, и зерна в колхозе не имеется. Трактористам не выдали гарантийного минимума до 60 % по району. Объехав лич­но ряд колхозов, я убедился, что действительно зерна в этих кол­хозах, кроме семенного, нет...».

Сев озимых и подъем зяби в Ейском районе проводился живым тяглом, так как большинство тракторов простаивало по техническим причинам и из-за болезни трактористов (нашествие мышей вызвало в этом районе эпидемию туляремии — всего по району заболело более семисот человек, а в колхозе «Новый путь» Воронцовского сельсовета болели все колхозники).

«В Ейском районе, — писал И.А. Ващенко, — угрожающее дело обстоит со свинопоголовьем. По решению бюро крайкома ВКП(б) колхозам Ейского района разрешено раздать колхозни­кам на передержку 2 000 голов свиней, но колхозники отказыва­ются их брать. В большинстве колхозов имеется уже падеж сви­ней из-за отсутствия кормов. Дано задание уполномоченным РК ВКП(6) провести широкую разъяснительную работу среди кол­хозников района и добиться раздачи двух тысяч голов свиней».

 

Жмых получали не все города и районы. Например, Ейску он по разнарядке не планировался. Однако в декабре в городе резко увеличилось население, подлежащее снабжению хлебом, за счет создания нового ремесленного училища, перебазирова­ния в Ейск авиаучилища имени И.В. Сталина и персонала воен­ного строительства № 108, а также «реэвакуации бывшего ейско­го населения» после объявления в крае свободного въезда. Отпускаемых фондов, с учетом задолженности за ноябрь, стало катастрофически не хватать, карточки в городе были вынужде­ны отоваривать только рабочим, служащим и детям до 12 лет. «Остальные карточки, как «иждивенческие», куда входят и дети-школьники старше 12 лет, отоваривались постольку, поскольку к этому имелась возможность за счет остатка хлеба после удов­летворения работающих», — писал в крайком ВКП(б) первый секретарь Ейского горкома партии П.И. Колесников, обращаясь к П.И. Селезневу с отчаянной просьбой о помощи и указывая, что создавшееся положение «вызывает в городе целый ряд рез­ких недовольств и увеличение жалоб». «Помочь Ейску пищевой жмыховой мукой, — распорядился П. И. Селезнев. — Проверить расчеты и посмотреть возможность прибавки».

В этот же день — 8 декабря — вопрос был решен, и, как свидетельствует помета на документе, Ейску «выдано дополни­тельно муки 10 + 5 и жмыховой муки 16 тонн».

 

 

­

 

Александр Дорошенко, научный сотрудник Ейского районного краеведческого музея

www.deleysk.ru


Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Комментарии

Показывать новый комментарий: внизу / вверху

как в годы войны 16.02.2020 18:27
-1 +1 +1

"В г. Ейске происходит неразбериха ... Там имеется много начальников, но порядка мало." - совсем, как в годы войны.

Последние новости

Ещё новости...